Назад Обсудить Вперед

Теория России

2 Работа над ошибками

Интеграция в мировой рынок

В ноябре 2000г., выступая перед студентами Новосибирского университета В.В.Путин, сказал: «Для того, чтобы интегрироваться в мировое экономическое пространство, необходимо «открыть границы«. При этом части российских производителей станет неуютно под давлением более качественной и дешёвой зарубежной продукции». И добавил, что идти по этому пути необходимо – иначе «мы все вымрем, как динозавры».

Зачем интегрироваться в мировой рынок, и тем более, зачем делать отечественным производителям «неуютно»? Ведь и Крымская война 1853–1856 годов, и Русско-Японская война 1904-1905 годов и первая мировая наглядно показали что случается со страной когда отечественному производителю неуютно.

На внешнем рынке российскому производителю всегда было неуютно, потому что он уже лет 150 поделён между западными кампаниями. Интегрироваться в этот рынок значит интегрироваться в колониальную систему Запада в качестве сырьевого придатка. Никакого независимого развития иностранные монополии не допустят. Об этом писал Ленин в «Империализм как высшая и последняя стадия капитализма»:

«Таким образом сложились две электрические «державы»: «других, вполне независимых от них, электрических обществ на земле нет», — пишет Гейниг в своей статье: «Путь электрического треста». И вот в 1907 году между американским и германским трестом заключён договор о дележе мира. Конкуренция устраняется. Дженерал Электрик «получает» Соединённые Штаты и Канаду; АЕG «достаётся» Германия, Австрия, Россия, Голландия, Дания, Швейцария, Турция, Балканы. Особые — разумеется, тайные — договоры заключены относительно «обществ-дочерей», проникающих в новые отрасли промышленности и в «новые», формально ещё не поделённые, страны. Установлен взаимный обмен изобретениями и опытами. Понятно само собою, насколько затруднена конкуренция против этого, фактически единого, всемирного треста, который распоряжается капиталом в несколько миллиардов и имеет свои «отделения», представительства, агентуры, связи и т. д. во всех концах мира.»[1]

Мир поделён между немецкими и американскими компаниями. Разделив рынки, эти компании обмениваются патентами и никто в мире не может с ними конкурировать. Потому и не осталось полностью независимых от них производств. И в России они тоже не возникнут.

Значит надо сделать отечественному производителю уютно хотя бы на внутреннем рынке. Но и тут не все благополучно. Бедный русский крестьянин на своём холодном, засушливом крохотном наделе не мог конкурировать с американским фермером, у которого лето вдвое длиннее, осадков вдвое больше, а земли больше в 20 раз. Не мог русский крестьянин и купить трактор у Форда, а Форду не интересно делать трактора для бедных русских крестьян. И уж тем более, Форду не интересно делать танки для русской армии. Если мы не хотим чтобы наши люди оказались выброшены из цивилизации, если хотим чтобы они могли пользоваться плодами цивилизации, эти плоды мы должны производить сами. И не для мирового рынка, где отовариваются богатые жители Запада, где и так все есть, а для своего бедного народа, для которого никто кроме нас производить не станет.

Поэтому русскую промышленность развивали не буржуи ради прибыли, а патриоты на государственной службе ради процветания страны и народа. После поражения в Крымской войне стала очевидной необходимость модернизации России. Было отменено крепостное право, началась огромная государственная программа строительства железных дорог. Молодёжь пошла в науку и технику. Количество посетителей политехнической выставки в Москве в 1872 году превысило население города. Экспонаты включали машины, производственные процессы, сырье и готовую продукцию.

Пошли «в народ» учителя, доктора и агрономы подвижники. Научно-техническая и военная интеллигенция выработала программу, которую развил и вывел на уровень теории Ленин, а Сталин сформулировал в точной и лаконичной форме: «поставить последние достижения науки и техники на службу советского народа». Этот проект позволил России сохраниться несмотря на две колониальные войны, развязанные против нас Западной империей, стать сверхдержавой и выйти в космос.

Этим отечественным производителям внешний рынок был интересен лишь как источник передовых машин и технологий. Они не стремились продавать свой продукт богатым западным буржуям, у которых и так всего в избытке. Они производили трактора для бедного русского крестьянина, который не мог купить трактор на внешнем рынке. И еще они производили танки для русского солдата, которому на внешнем рынке оружия не купишь, потому что все кто умеет производить оружие спят и видят как завоевать Россию и сделать обычной колонией.

Почему же Путину непременно захотелось интегрироваться в колониальную систему Запада? Зачем под предлогом «неконкурентоспособности» уничтожать отечественного производителя, с которым никто и не собирался конкурировать за право поставлять трактора бедным русским крестьянам?

Ответ на этот вопрос даёт теория. Тот самый марксизм, который Путин старательно штудировал на юрфаке ЛГУ. И в своей речи перед студентами Путин близко к тексту пересказывает «"Манифест> Маркса

«Буржуазия путём эксплуатации всемирного рынка сделала производство и потребление всех стран космополитическим. К великому огорчению реакционеров она вырвала из-под ног промышленности национальную почву. Исконные национальные отрасли промышленности уничтожены и продолжают уничтожаться с каждым днём. Их вытесняют новые отрасли промышленности, введение которых становится вопросом жизни для всех цивилизованных наций, - отрасли, перерабатывающие уже не местное сырье, а сырьё, привозимое из самых отдалённых областей земного шара, и вырабатывающие фабричные продукты, потребляемые не только внутри данной страны, но и во всех частях света. Вместо старых потребностей, удовлетворявшихся отечественными продуктами, возникают новые, для удовлетворения которых требуются продукты самых отдалённых стран и самых различных климатов. На смену старой местной и национальной замкнутости и существованию за счёт продуктов собственного производства приходит всесторонняя связь и всесторонняя зависимость наций друг от друга.»[2]

Именно Маркс приказывает интегрироваться «под страхом смерти». Именно Маркс объявляет защитников национальной промышленности «реакционерами». Именно для Маркса не существует государств, народов, патриотизма, а есть лишь мировой рынок и товары на нём. В этом и заключается «материализм» и «интернационализм» марксизма. Именно у Маркса голова не болит как создать национальную промышленность. Его дело разрушить старые национальные отрасли, а новые вырастут сами, прямо из жадности буржуя. Стоит лишь смести препоны и открыть границы. И нечего тут думать.

Сначала на мировой рынок вышли и приобщились к мировой цивилизации «фарцовщики» - молодёжь, которая усвоила марксистскую теорию и стала тяготиться «национальной ограниченностью» СССР. У финских туристов, страдающих от сухого закона на родине питерские фарцовщики выменивали на водку и матрёшек поношенные джинсы и кроссовки, которые потом продавали другим страждущим приобщиться к цивилизации. Дело это было уголовно наказуемым и опасным. Поэтому интернационалисты поумнее подались в дипломаты и шпионы КГБ, чтобы ездить за границу, получать зарплату в валюте и отовариваться там и легально ввозить в СССР символы своей приобщенности к «мировой цивилизации» . Потом конкуренции на мировом рынке стали требовать экономисты, а потом произошёл государственный переворот и вся эта публика захватила власть.

Маркс велел интегрироваться в мировой рынок, преодолевать национальную ограниченность и «ненависть к иностранцам», становиться «всемирно-историческими индивидами». Все кто не согласен - реакционеры. Так и появились в российской элите космополиты-рыночники, а патриотам было нечего возразить «всесильно-верней теории». Надеюсь эта книга поможет найти пару возражений.

Впрочем, у самого Маркса был ещё один интересный аргумент в пользу свободы торговли:

«Но вообще говоря, покровительственная система в наши дни является консервативной, между тем как система свободной торговли действует разрушительно. Она вызывает распад прежних национальностей и доводит до крайности антагонизм между пролетариатом и буржуазией. Одним словом, система свободной торговли ускоряет социальную революцию. И вот, господа, только в этом революционном смысле и подаю я свой голос за свободу торговли.»[3]

Может наш Путин тоже тайный революционер и действует по принципу «чем хуже тем лучше». «В революционном смысле»?

Список литературы